Большой
 Встреча с Натальей Ледовской
Автор: Михаил Александрович (---.jinr.ru)
Дата:   09 Окт 2002 13:09

Воскресенье, 20 октября, 17:00

Государственный центральный театральный музей им. А.А.Бахрушина и Общество "Друзья Большого балета" приглашают любителей балета вечер-встречу с заслуженной артисткой РФ, прима-балериной Московского академического Музыкального театра имени К.С.Станиславского и Вл.И.Немировича-Данченко, лауреатом Международных конкурсов артистов балета в Варне (1986) и Италии (1990)

НАТАЛЬЕЙ ЛЕДОВСКОЙ

Во встрече принимает участие народный артист РФ, премьер того же театра, лауреат международных конкурсов артистов балета в Москве (1980) и Варне (1980 и 1981)

ВЛАДИМИР КИРИЛЛОВ

Вечер ведет Ирина Гамула

Адрес: м. "Павелецкая", ул. Бахрушина 31/12, тел. для справок 953-44-70
Билеты в кассе музея и у входа в зал перед началом вечера.

**********

В порядке подготовки участников к вечеру предлагаю вниманию форума статью из журнала "Балет".

 Наталья Ледовская
Автор: Михаил Александрович (---.jinr.ru)
Дата:   09 Окт 2002 13:11

НАТАЛЬЯ ЛЕДОВСКАЯ
Н.Садовская. Журнал "Балет" Май-Июнь 1998 (#96)

Лед... льдинка... Ледовская. Надо же, фамилия балерины, любимицы москвичей, и впрямь соответствует земле, где она обитала сызмальства - в Якутии, в далеком поселке под названием Мохсоголлох, в переводе на русский - Соколиная гора. В этом тоже некий знак: сокол, полет, парение. В Якутии, известно, добывают и алмазы. Искусная огранка превращает драгоценную добычу в бриллиант. Нужен точный профессиональный глаз, чутье мастера, чтобы камень, впитав вдохновение человека, засиял пленительным светом ясных и прекрасных граней.

Алмазом, скрытым от человеческих глаз безлюдными пространствами вечной мерзлоты, была Наташа Ледовская. Отчаянно храбрая, она хотела танцевать. Неуемное желание девочки чувствовала лишь ее мама. И когда трехлетняя Наташа направила свои детские стопы в "Клуб юности", единственное культурное пристанище этого местечка, именно мама - ее первый учитель и балетмейстер - поставила для дочки и ее коллег-малышей хореографическую композицию "Топотушки".

Радость в те годы стучалась в сердце. Девочка очень быстро все схватывала и забавно, от души вытаптывала ножонками вензеля. Плясала, плясала, а потом решила попробовать себя в искусстве "вокала": пела с местным оркестром. Но в один из дней приехала комиссия из Московского хореографического училища отбирать одаренных детей. И потянулись на смотрины в Якутск ребятишки из глубинки. Но авторитетный синклит постановил: Наташу в школу не брать. Не приметили, видимо, уже тогда явного шага, незаурядного прыжка. Не взяли. Слезы хлынули потоком. Рыдания дочери чуть утихомирила пророческая фраза мамы: "Не плачь, дочка, все равно ты станешь балериной".

Бог мой, не счесть подобных Ледовской актерских биографий. Порой один голос решал добрую участь талантливого воспитанника. И в прежние, и в нынешние времена появлялись на пути артистов люди зоркие, в "гадких" утятах видевшие будущих лебедей. Наташе тоже повезло. Прошел год. Вновь нагрянули педагоги из Москвы. На сей раз Наташа привлекла внимание педагога А.Коваленко. Началась учеба в "святая святых" - в Москве. Попал якутский алмазик в хорошие руки учителей Ш.Муборяковой, Н.Кузьминой и к мастеру классической огранки, в прошлом великолепному педагогу Пермского хореографического училища Г.Кузнецовой, выпустившей в мир балета россыпь драгоценностей: Г.Шляпину, Л.Кунакову, Л.Шипулину... Выпустила и Ледовскую. Блестяще. Победа на конкурсе в Варне - тому доказательство. Ученический дуэт Натальи Ледовской и Владимира Малахова получил премию. Он - золото, она - бронзу. Путь в Московский балет, казалось, открыт. Но не тут-то было. Сначала на выпускницу начала претендовать балетная Якутия, затем встала совсем бытовая проблема: московская прописка...

Но когда все препятствия были преодолены, и Наталью Ледовскую приняли в балетную труппу театра имени К.С.Станиславского и Вл.И.Немировича-Данченко, в свой первый сезон она, несмотря "на лауреатство", честно проходила "сквозь строй" кордебалета, участвовала в небольших номерочках. Педагоги приглядывались. Главный балетмейстер Д.Брянцев тоже. Прошло время, и зритель стал ходить "на Ледовскую". Наташа поднялась на пьедестал ведущей солистки, где виделась неким дивным изваянием. Как и у Снегурочки, не доставало ей чуть-чуть сердечного тепла. Техника не приносила юной артистке забот. Помнится, в концертном зале "Россия" на вечере под названием "Премьера премьер" Ледовская танцевала с Геннадием Яниным дуэт в постановке В.Васильева и восхитила легчайшей "скороговоркой" пуантов, безупречными пируэтами. Исполнение напоминало стиль иных зарубежных балерин: лицо отрешенное, душа молчаливая и ...блеск танца. Имидж "неприступности" виделся и в своеобычном лице: продолговатый овал, большие карие глаза, мраморная бледность - словом, камея...
Балеринская стабильность выдвинула Ледовскую в паре с А.Ахметовым на первую премию Международного конкурса артистов балета в Италии. Но разве конкурсы определяют титул истинной артистки?

Вскоре на танцовщицу свыше снизошло трудно объяснить что - то ли перемены в личной жизни, то ли постепенная смена педагогов-репетиторов (М.Дроздова, Т.Легат, Г.Крапивина), то ли просто сказался накопленный театральный опыт. Пожалуй, все вместе. Наташа распахнула душу, согрела сердцем своих героинь - Китри, Эсмеральду, Жизель, Сильфиду, Джульетту...

"Ты не найдешь в ней совершенных линий,
Особенного света на челе,
Не знаю я, как шествуют богини...",
- в строках Шекспира - облик балерины Ледовской, шествующей все с большим художественным успехом не как богиня, но как влюбленный в профессию самозабвенный труженик, покоряющий талантом известные и новые роли репертуара театра.

...Вспыхнула жаром Китри, зарницей осветила сцену, звонким танцем, задиристой игрой девчонка с площади Барселоны разом увлекла зрителя. Жаль, на темпераментные токи героини масса в спектакле не реагирует живой актерской отдачей, но усердно выполняет выверенный, отстраненный хореографический рисунок. Абстрактное одноцветье декораций, лишенное традиционных (и необходимых!) в старинном балете Минкуса бытовых примет - столов, скамеек, балкончиков - не облачает спектакль в яркость, шумность, веселость живой, наивной и этим привлекательной драматургии балета. Неуютно должно быть мажорной Китри на "холодноватой" сцене. Вспоминаются слова Б.Асафьева о ценности "Дон Кихота" московской постановки А.Горского: "Танец личности вытекает из общей потребности в нем, из возбужденной уличной толпы, а не как формальное здание..."

Поверив в актерскую фантазию, вообразив энергию окружения, Ледовская излучала ликующий сплав естественной игры в простодушных актерских сценках и дух захватывающих хореографических "эскапад".

Высок прыжок, велик шаг, быстры туры - достоинства, коими танцовщица не бравирует, не играет на публику дарованным природой козырем. Большая в том заслуга. "Верх искусства - скрыть искусство", - завет классика в безусильном, органичном и естественном у Ледовской фейерверке танца. Знаменитые 32 фуэте - один, один, тройной (!) поворот - не вымученный трюк, но пик балеринской радости на радость изумленного зрителя.

Не менее пленителен лиризм балерины. Родственные души романтизма - Жизель и Сильфида - "окрылили" творческий полет актрисы. Дивная Сильфида Натальи Ледовской. Пока что, на мой взгляд, в Москве лучшая. Воистину, не человеческое создание- существо. Бесшумная, почти прозрачная, с едва намеченной таинственной полуулыбкой чарует она Джеймса танцем эфемерным, танцем неземным. Полеты-парения, ажурно-грациозная мелкая техника Бурнонвиля не приемлют исполнительских "швов", малейших огрехов, когда, например, мгновенно раньше времени отпадают у Сильфиды крылышки. И Ледовская искусно, трогательно и трепетно проносит до трагического финала хрупкие крылышки своей стрекозки-Сильфиды, возвышаясь в полетах к небу, в партерных па еле касаясь земли.

Жизель - реальная, доверчивая в любви земная крестьяночка. Пастелью рисует артистка свою героиню. Музыкальность пластики в "говорящих" мизансценах, неприметно переходящих в танец, где высится чеканно чистая вариация, подводит Жизель к кульминации первого акта - сцене сумасшествия. И в помутневшем разуме своей героини артистка продолжает использовать не броскость красок - пастель. Шаги, как далекий отзвук былого, тусклый взор, полутанец - эхо радужно-элегической встречи с возлюбленным. Внезапно, на оркестровом форте, остановка, словно охваченная столбняком, глаза расширились, загорелись безумием, руки жестко вонзились в пространство - выписанный сочным маслом акцент - и бешеная экспрессия бега по кругу. Прозрение. Смерть.

Дух Жизели-вилисы - высшее достижение танцовщицы. Лишь мастерски исполненные пассажи возвращают зрителя к ощущению, что Жизель есть не только дух, но реальность балерины.

Кружение Жизели-Ледовской, вслед за медленными, механическими шагами - это вихрь сверхъестественный (кажется, сто оборотов в секунду), быть может, отголосок безумия? Миг.. и вихревые взлеты уносят Жизель прочь. Дуэт Жизели и Альберта воссоединяется в одноголосье, столь слитны партерные и воздушные поддержки, где в унисон с танцем скорбит душа человеческая, в этом колдовском мираже кладбищенского действа.

Бег Жизели... Мелкий, порывистый, летящий - гонимый ветром листочек. Бежит она, то исчезая, то появляясь вновь, чтоб до конца нести свой вечный крест - безудержный танец.
Партия Джульетты - этап в творчестве балерины. Здесь уже вступают могучие права Шекспира и Прокофьева. Сложная, необычная архитектоника спектакля "Ромео и Джульетты" В.Васильева не затмила у артистки простоты, искренности в восприятии классического образа. Наталью Ледовскую не отнесешь к "улыбчивым" балеринам, но когда она улыбкой одарит, то счастье, стало быть, запело у нее в душе. Счастье ликует в детских эпизодах с кормилицей, половодьем наполняет встречу с Ромео. Контраст - душераздирающие вопли-движения, ломкие, надрывные, сливающиеся с грозной лавиной прокофьевской музыки в сцене с отцом.

Каким же холодом веет от одного только появления Джульетты со скрытым на груди желанным снадобьем от патера Лоренцо. Сузились большие глаза, бледность светится сквозь грим. Джульетта уже не здесь. Движения вялы, заторможены... Актриса!

Наплывом возникла трагическая сцена, увиденная на видеопленке, в роли Эсмеральды. Шествие на казнь, где ужас предстоящего набатом отзывается в каждом шаге. Безнадежность, отчаяние, непонимание в глазах, в поникшей, скованной кошмаром фигурке. В остановке, повороте головы чуть теплится надежда на спасение...

Психологические интонации ранней работы - проблески будущей танцовщицы-актрисы.

И дуэты. Уникальные дуэты Ледовской с различными партнерами. Кантилена, синхронность - феноменальные. Изысканная, элегантная протяженность линий возвышает гармонию чувств Ромео и Джульетты, вьет поэзию любви в романтическом эссе на музыку Беллини, доходит до совершенства в "Призрачном бале" на музыку Шопена.

Пластический импрессионизм, "туманные" поддержки, тягуче-удлиненные подходы, танцевальные полутона, душевное иносказание - замысел постановщика Д.Брянцева идеально воплотился в царственной паре - Н.Ледовская и В.Кириллов.

Партнер-мечта! В его мужественных, надежных, выразительных и красивых руках Ледовская в дуэте "Диана и Актеон" из "Эсмеральды" все время словно летающая бабочка. Или "Вечерние танцы" Шуберта-Шиллинга. Жуткий гипноз всепроникающих глаз Смерти властно подчиняет свою жертву. Ее легкое, пружинистое, натянутое как тетива, тело внезапно начинает извиваться в лабиринте оригинальнейших поддержек и постепенно, в неотступных руках кавалера оно стихает, "тяжелеет", становится безвольным и ...гибнет.

Партнер, муж, премьер театра Владимир Кириллов своим актерским даром, даром перевоплощения помог балерине затронуть душевные струны ее героинь, проникнуть в образную суть танцевальных партий.

Ролей много: Франческа, Золушка, Царь-девица, Снегурочка, Маша, Медора, Вакханка, девочка-Дездемона...

Недостает в биографии артистки магов-хореографов: Баланчина, Бежара, Кранко, Ноймайера, Килиана...Ледовская - их танцовщица. Классическая балерина, надеюсь, дождется этого часа.

Пока что Наталья Ледовская незаметно для репертуара театра, как-то быстро, почти не теряя формы, словно "мимоходом" произвела на свет прелестную Катюшу.
И вновь на сцене, одухотворенные материнством артистки, появились на свет балетные создания Ледовской. Глубокие и вдохновенные. Жизнь ее сжата предельно. Дом, театр, гастроли за рубежом и, тем не менее, она доступна российским фестивалям. Без "звездных" капризов, легкая на подъем, точная в обещаниях, Наталья желанна, очень любима на этих артистических слетах.

В Казани, на фестивале имени Рудольфа Нуреева, она неоднократно восхищала Жизелью и Сильфидой, приводила в восторг каскадом концертных номеров. В Казанском театре жаждут (верится, дождутся) увидеть ее Китри, Аврору... Или фестиваль "Болдинская осень" в Нижнем Новгороде. Наконец, "Северный дивертисмент" на земле ее детства, в Якутии. Приезд знаменитой танцовщицы стал поистине триумфальным. Героиня. Кто знает, быть может, на замечательных вечерах балета в Якутске и присутствовали люди, видевшие ее выступление в детских, лукавых "Топотушках". Мама была права: Наталья Ледовская стала Балериной.